О ПОРЯДКЕ ПРИЗНАНИЯ СУДОМ НЕДОПУСТИМОСТИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ
Здравствуйте, в этой статье мы постараемся ответить на вопрос: «О ПОРЯДКЕ ПРИЗНАНИЯ СУДОМ НЕДОПУСТИМОСТИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВ ПО УГОЛОВНОМУ ДЕЛУ». Если у Вас нет времени на чтение или статья не полностью решает Вашу проблему, можете получить онлайн консультацию квалифицированного юриста в форме ниже.
Доказательства признаются недопустимыми в порядке, предусмотренном в уголовно-процессуальном законодательстве. Вначале должны быть установлены основания, которые позволяют признать улики недопустимыми, затем принимается решение о несоответствии законности предоставленных суду доказательств, признании таких улик недопустимыми.
Почему допустимы недопустимые доказательства?
Генезис института недопустимых доказательств в России берет свое начало с момента принятия Конституции РФ 1993 г., и скоро он отметит свой четвертьвековой юбилей.
Можно подвести итоги использования этого важного процессуального инструмента с учетом принятого Постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2017 г.
№ 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)».
Автору этих строк довелось наблюдать, как зарождался институт недопустимых доказательств в начале 90-х гг., с каким энтузиазмом судьи начали его применять, решительно исключая из дела дефектные доказательства, не обращая внимания на стенания и возмущения государственных обвинителей.
Мы получили эффективное оружие для защиты процессуальных прав граждан от произвольных действий должностных лиц, надежный шлагбаум, не дающий проникнуть доказательствам, полученным с нарушением закона.
Принципиальная позиция судей, исключавших порочные доказательства, давала сигнал правоохранителям о необходимости строго соблюдать закон и права граждан.
Известны дела, по которым «депортация» только лишь одного недопустимого доказательства приводила к вынесению оправдательного приговора.
Вспоминаю свое дело 2000 г., когда судья смело исключил из доказательств четыре протокола обысков, в ходе которых были изъяты наркотические средства, на том основании, что они были проведены ненадлежащими лицами – оперативными сотрудниками без письменного поручения следователя. В итоге суд вынес оправдательный приговор в отношении четырех лиц.
Но такая идиллия в судопроизводстве не могла продолжаться вечно, поскольку не устраивала «человека в погонах».
По мере того как нарастало давление со стороны обвинения, начала меняться и судебная практика.
Судей стали ориентировать на то, чтобы не торопились исключать недопустимые доказательства, а давали возможность восполнять их недостатки.
Им часто говорили представители обвинительного лагеря: «Ну ведь подозреваемый признал вину. Он же совершил преступление. Какое имеет значение то, что он давал показания без адвоката?»
Как тут не вспомнить эпизод из деятельности наркома по военным и морским делам РСФСР Л.Д. Троцкого, который однажды ворвался в совещательную комнату и в ответ на возмущения судей бесцеремонно заявил: «Что для нас важнее: истина или процедура?»
При разрешении ходатайств, находясь на распутье при выборе между законностью и целесообразностью, судьи все чаще стали склоняться к целесообразности, принося в жертву законность.
Ими иногда исключались недопустимые доказательства, но только лишь те, которые не влияли на прочность конструкции обвинения и удаление которых не могло привести к вынесению оправдательного приговора либо к иным фатальным для прокурора последствиям.
В последние годы, принципиально не желая признавать доказательства недопустимыми, судьи изобрели незатейливую формулировку «несущественное нарушение», которую успешно применяли, когда требовалась хоть какая-нибудь аргументация для отказа.
В ответ на любые, даже самые вопиющие нарушения процессуального закона, допущенные при получении обвинительного доказательства, мы слышали, а потом читали: «Ходатайство об исключении доказательства не подлежит удовлетворению, поскольку допущенные нарушения не являются существенными».
Такая практика противоречит ч. 2 ст. 50 Конституции РФ, согласно которой при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона, а также положениям ч. 1 ст. 75 УПК РФ о том, что доказательства, полученные с нарушением требований Кодекса, являются недопустимыми.
Как видно, Конституция РФ и УПК РФ ничего не говорят о существенном нарушении уголовно-процессуального закона как обязательном условии признания доказательств недопустимыми.
Поскольку практика применения этого института в последние годы сошла с законного маршрута, требовалось как минимум постановление Пленума ВС РФ, разъясняющее проблемные моменты.
И вот 19 декабря 2017 г. появилось Постановление Пленума ВС РФ № 51 «О практике применения законодательства при рассмотрении уголовных дел в суде первой инстанции (общий порядок судопроизводства)», которое затронуло некоторые вопросы рассмотрения судами ходатайств об исключении доказательств.
Согласно п.
13 постановления: «Доказательства признаются недопустимыми, в частности, если были допущены существенные нарушения установленного уголовно-процессуальным законодательством порядка их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами».
Следует отметить, что ФПА РФ в своем отзыве на проект постановления категорически возражала против такого определения понятия недопустимых доказательств.
Чтобы понять, насколько изменилось отношение Верховного Суда РФ к данному понятию за более чем 20 лет, достаточно посмотреть на п. 16 Постановления Пленума ВС РФ от 31 октября 1995 г.
№ 8 «О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия»: «Обратить внимание судов на необходимость выполнения конституционного положения о том, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением федерального закона (ч. 2 ст.
50 Конституции Российской Федерации), а также выполнения требований ст. 75 УПК РФ, в силу которой доказательства, полученные с нарушением уголовно-процессуального законодательства, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения.
Разъяснить, что доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина или установленный уголовно-процессуальным законодательством порядок их собирания и закрепления, а также если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом либо в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами».
Отчетливо видно, что в 1995 г. Верховный Суд РФ считал, что доказательства, полученные с нарушением уголовно-процессуального законодательства, не имеют юридической силы.
В 2017 г. Верховный Суд РФ изменил свой подход. ВС РФ считает, что доказательства не имеют юридической силы, если были допущены именно существенные нарушения, а не просто нарушения.
Тем самым, по моему мнению, Пленум ВС РФ решительно и бесцеремонно «подкорректировал» ст. 50 Конституции РФ и ст. 75 УПК РФ, которые дают иное определение понятию недопустимых доказательств.
Кроме того, из определения 2017 г. исчезла формулировка: «Доказательства должны признаваться полученными с нарушением закона, если при их собирании и закреплении были нарушены гарантированные Конституцией Российской Федерации права человека и гражданина…»
Полагаю, Пленум ВС РФ поспешно согласился с понятием существенных нарушений, влекущих признание доказательств недопустимыми, поскольку сам УПК РФ такого понятия применительно к недопустимым доказательствам не содержал.
В ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ дается определение существенным нарушениям уголовно-процессуального закона, но они выступают как основания для отмены или изменения судебного решения, а не для признания доказательств не имеющими юридической силы.
Произошедшие изменения приведут к еще большему осложнению в применении этого процессуального института, а новое определение недопустимых доказательств позволит судьям отвечать на обоснованные ходатайства об исключении доказательств со ссылкой на постановление Пленума ВС РФ, что существенных нарушений не допущено. Негативно складывающаяся практика обрела правовой фундамент.
К примеру, составление протокола осмотра места происшествия без разъяснения прав понятым является просто нарушением ст. 60, 166, 170 УПК РФ либо это есть существенное нарушение? Или другой пример: когда этот же протокол не подписан следователем, это нарушение ч. 7 ст. 166 УПК РФ либо это существенное нарушение?
- Основная проблема заключается в том, что критериев отграничения существенного нарушения от обычного нарушения Пленум ВС РФ не дал, а значит, разрешение этого вопроса отдается на откуп судьям, которые в последние годы такие ходатайства почти не удовлетворяли и практически никого не оправдывали.
- Институт недопустимых доказательств и ранее хромал на обе ноги, появление же постановления Пленума ВС РФ подобно выстрелу ему в ногу.
- А ведь этот институт был одним из немногих законных средств защиты процессуальных прав граждан.
- В такой ситуации нам необходимо, чтобы Конституционный Суд РФ дезавуировал спорное разъяснение Пленума ВС РФ.
Суровая правда заключается в том, что одним лишь п. 16 не исчерпываются грустные новости из Верховного Суда РФ, касающиеся недопустимых доказательств.
Требования к процедуре определения допустимости доказательства
Существует мнение, что буквально каждое нарушение процессуальных норм, любое отступление от предписанного законодательством действия по сбору улик, проверке полученной информации ведет впоследствии к признанию предъявленных суду сведений недопустимыми. В реальности это происходит при системном несоблюдении УПК, а не его отдельных положений.
Признание недопустимости собранных доказательств возможно в ситуациях, когда отступление от требований закона привело к нарушению базовых принципов независимости суда и равенства сторон в состязательном судебном процессе.
Важно! Если же законом предусматривается способ нейтрализации последствий таких нарушений и эти средства были использованы, доказана целесообразность их применения, то собранная доказательная база будет признана допустимой к рассмотрению.
Критерии признания доказательств недопустимыми и процедура их устранения
Недопустимые доказательства.
Условия допустимости доказательств:
1. доказательство получено из законного источника (ч.2 ст. 74 УПК РФ)
2. доказательство получено и приобщено к делу надлежащим субъектом
3. соблюдены правила обнаружения, изъятия и приобщения к делу доказательств (ст.164 УПК РФ + все следственные действия)
4. при получении доказательств не были нарушены предусмотренные Конституцией РФ и УПК РФ права и законные интересы участников производства по делу, а также других лиц, принимавших участие в производстве конкретного следственного действия.
Перечень не является исчерпывающим. Поэтому действует общее правило, установленное ст. 75 УПК РФ: «Доказательства, полученные с нарушением требований настоящего Кодекса, являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ». Из статьи видно, что перестала существовать «асимметрия правил о допустимости доказательств», т.к. имеются в виду и оправдательные обстоятельства.
Ч. 2 ст. 75 УАК РФ приводит отдельные случаи явной недопустимости доказательств. К недопустимым доказательствам относятся:
— показания подозреваемого, обвиняемого, данные в ходе досудебного производства по делу в отсутствии защитника, включая случаи отказа от защитника, и не подтвержденные подозреваемым, обвиняемым в суде
— показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности
— иные доказательства, полученные с нарушением требований УПК
Последний пункт не снял дискуссии – всякое ли нарушение УПК должно влечь за собой недопустимость полученного таким образом доказательства, либо в случаях несущественного нарушения, которое может быть исправлено или компенсировано процессуальными средствами, доказательство может и не утратить своего значения?
В законе сказано, что недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также доказывания любого из обстоятельств, указанных в ст. 73 УПК. Это означает, что на недопустимые доказательства нельзя ссылаться для обоснования любого решения по делу, в том числе в обвинительном заключении или обвинительном акте и приговоре. Поэтому важно процессуально оформить исключение недопустимых доказательств.
Порядок исключения недопустимых доказательств подробно описан в УПК применительно к предварительному слушанию и к деятельности суда присяжных. Однако это не означает, что исключение недопустимых доказательств имеет место только на этих стадиях деятельности суда присяжных. Исключение недопустимых доказательств в суде присяжных имеет особое значение, так как там особенно важно исключить из судебного следствия недопустимое доказательство с тем, чтобы оно не оказало воздействия на формирование убеждения присяжных в доказанности каких-либо обстоятельств. Это разъяснение Пленум Верховного Суда РФ дал в Постановлении N 1 от 29 апреля 1996 г. «О судебном приговоре».
Признать доказательство недопустимым может и следователь, и прокурор. На стадии предварительного расследования исключение недопустимых доказательств означает невозможность основывать на них свои выводы по делу, указывать эти доказательства как основания решения, ссылаться на них в обвинительном заключении.
В Приложении 26 к УПК дана форма постановления об исключении доказательства, вынесенного судьей. Аналогичные по форме постановления могут выноситься следователем, дознавателями, прокурором по ходатайству сторон или по собственной инициативе.
51. Доказывание в условиях состязательности.
Доказывание в уголовном процессе направлено на установление обстоятельств преступления, т.е. объективно имевших место событий в их действительной (реально имевшей место) последовательности. Обязанность доказывания по уголовному делу возложена уголовно-процессуальным законом на органы, осуществляющие уголовное преследование. Учитывая наличие властных полномочий и возможности их злоупотребления со стороны государственных органов и должностных лиц, осуществляющих производство по уголовному делу, в уголовно-процессуальном законе закреплено два конституционных принципа — законности и состязательности.
Судья на предварительном слушании уголовного дела, решая вопрос об обоснованности ходатайства стороны об исключении доказательства из числа подлежащих исследованию в судебном разбирательстве, вправе выполнить определенные процессуальные действия по проверке этого доказательства: допросить свидетеля, приобщить к материалам дела новый документ, т.е. применить процессуальные средства, свойственные судебному следствию.
Рассматривая ходатайство стороны об исключении доказательства, судья вправе на основании части 3 статьи 235 УПК РФ допросить свидетеля, при этом в силу части 8 статьи 234 УПК РФ в качестве свидетелей могут быть допрошены только лица, которым что-либо известно об обстоятельствах производства следственных действий или изъятия и приобщения к делу документов, допустимость которых оспаривается (см. ходатайство о допросе в качестве свидетеля об обстоятельствах производства следственных действий по уголовному делу).
Доказательства подлежат исключению из уголовного дела по мотивам их недопустимости, а недопустимость означает, что они получены с нарушением требований УПК РФ. Из этого следует, что бремя опровержения доводов о необходимости исключения доказательства практически во всех случаях лежит на прокуроре, потому что именно прокурор утвердил обвинительное заключение и направил дело в суд.
Исключенное по мотивам недопустимости доказательство не обсуждается в судебном разбирательстве, потому что не имеет юридического значения. Оно не исследуется; о нем не сообщается участникам процесса; такое доказательство ни при каких обстоятельствах и ни в каком контексте не может быть упомянуто в итоговых уголовно-процессуальных актах, венчающих уголовный процесс (приговоре, определении, постановлении), хотя физически письменные материалы, в которых содержатся отвергнутые сведения, остаются в деле, отражая его полную биографию. Не устраняется физически из дела и исключенное вещественное доказательство.
Какие нарушения приводят к недопустимости доказательств
Исходя из формулировки ст. 75 УПК РФ, не имеет значения характер и степень допущенного нарушения процессуального закона.
Нарушение должно касаться порядка получения конкретного доказательства при совершении конкретного процессуального (следственного действия):
- Показания потерпевшего, свидетеля, подозреваемого, обвиняемого получаются в ходе допроса лица, имеющего определенный процессуальный статус, а также в ходе следственного эксперимента, проверки показаний на месте или очной ставки. В каждом случае допрос или иная форма дачи показаний должны протекать с соблюдением установленных требований. Так, в частности, обязательно разъяснение прав и обязанностей. В ряде случаев при получении показаний обязательно участие других лиц, например, педагога, законного представителя, переводчика, защитника. Нарушение требований УПК РФ при получении показаний – основание признать показания недопустимым доказательством. Нарушением будет и допрос лица, которое фактически не соответствует тому процессуальному статусу, в котором оно допрашивается. Под это основание часто попадают ситуации, когда фактически подозреваемое лицо допрашивается свидетелем, хотя должно быть допрошено именно в качестве подозреваемого.
- Часто допускаются нарушения, связанные с получением вещественных доказательств. Сюда относятся, прежде всего, предметы и документы, связанные с преступлением, способные помочь в его обнаружении или установлении обстоятельств преступления. Как правило, вещественные доказательства получаются (изымаются) в ходе осмотра места происшествия, обыска, выемки, следственного эксперимента, реже в ходе других следственных действий. Получение вещественных доказательств должно проверяться на предмет соответствия требованиям УПК, установленным для того следственного (процессуального) действия, в рамках которого получено доказательство.
- Заключение эксперта – самое сложное доказательство в части оценки его допустимости/недопустимости. Здесь порой приходится анализировать и оценивать весь процесс производства экспертизы – от получения материалов для исследования и назначения экспертизы до осуществления исследования и подготовки заключения. Кроме того, следует учитывать, что если представленное на исследование доказательство будет признано недопустимым, то и заключение автоматически ставится под сомнение относительно допустимости. Среди других возможных оснований недопустимости заключения эксперта:
- сведения, ставящие под сомнение профессиональный уровень эксперта, его компетентность, объективность, независимость и другие качества, обязательные для эксперта;
- нарушения УПК при назначении экспертизы (вынесении постановления и ознакомлении с ним участников процесса);
- нарушения УПК и других нормативно-правовых актов при производстве исследования, в том числе нарушения, касающиеся экспертной деятельности.
- Протоколы следственных и судебных действий. Не многие знают, что эти документы сами по себе являются доказательствами и должны отвечать определенным требованиям к составлению и оформлению. Тем не менее, здесь часто допускаются и нарушения, и ошибки. Порой забывают поставить дату или время, либо поставят, но неверные. Нередко отсутствует в том или ином месте подпись. Поскольку многие протоколы сегодня печатаются (заполняются) на компьютере, не исключены технические ошибки, пропуски граф, оставление старых записей от прошлых протоколов и т.п.
- Результаты оперативно-розыскной деятельности (ОРД) и оперативно-розыскных мероприятий (ОРМ). Сразу необходимо сказать, что результаты ОРД и ОРМ не являются сами по себе доказательствами по уголовным делам и не могут быть приобщены просто так. Не включены они в перечень доказательств по уголовному делу, который определен ст. 74 УПК. Из-за неверных подходов следователей и дознавателей к правилам приобщения ОРД и ОРМ допускается большое количество ошибок. При этом очень часто именно на результатах такой деятельности базируется как обвинение, так и весь доказательственный блок. Для получения результатами ОРД и ОРМ статуса доказательств они должны быть:
- проверены на предмет законности получения в рамках соответствующего ОРМ;
- осмотрены с составлением протокола и, если нужно, с применением технических средств и участием специалиста (эксперта);
- исследованы, если нужно, в рамках соответствующей экспертизы на предмет подлинности и отсутствия искажений (повреждений);
- приобщены к делу в качестве документов или вещественных доказательств – в зависимости от того, каким признакам отвечают.
Зачастую нарушения закона очевидны, и не требуется прикладывать больших усилий, чтобы их выявить. Их основные причины – низкий профессиональный уровень оперативных работников, следователей и дознавателей, невнимательность или халатность с их стороны. Но бывают и спорные ситуации. Как правило, споры разгораются там, где доказательство имеет особую важность для дела и не все гладко прошло при его получении.
Чаще всего под сомнение ставятся:
- заключения экспертиз;
- результаты обысков и выемок;
- результаты ОРМ;
- цепочка взаимосвязанных доказательств, на которых строится обвинение.
Положения закона о недопустимых доказательствах в материальном праве
Гражданским кодексом РФ установлено, что сделки должны заключаться в простой письменной форме (кроме заверенных нотариально сделок), если:
- одним или обоими контрагентами являются юридические лица;
- стоимость сделки между физическими лицами больше 10 000 рублей;
- при любой стоимости сделки между гражданами при особом указании закона;
- необходимость письменной формы прямо закреплена законом.
При несоблюдении простой письменной формы возникают следующие правовые последствия:
- контрагенты не могут доказывать в суде заключение и условия сделки свидетельскими показаниями, но могут приводить письменные и иные доказательства;
- сделка считается недействительной в силу прямого установления закона, а также соглашения контрагентов (ст. 162 ГК РФ).
Таким образом, свидетельские показания будут в этом случае недопустимыми доказательствами.
Отметим, что свидетельские показания являются недопустимыми доказательствами, только когда доказываются:
- заключение сделки;
- условия сделки.
То есть в остальных случаях доказывания относительно сделки они допустимы. Например, при доказывании ее действительности, передачи вещи по сделке (только если с передачей вещи закон не связывает заключение договора), допущенных существенных нарушений при выполнении условий сделки и т. д.
Проблемы асимметрии применения правил допустимости доказательства
В судебной практике существует проблема асимметрии применения правил допустимости собранных доказательств. Суть вопроса состоит в определении разной степени правовых последствий для участвующих в судопроизводстве сторон – защитников и обвинителей в случаях выявления нарушения, допущенного при сборе доказательных сведений. Положения УПК требуют толковать все неустранимые сомнения в вине лиц, обвиняемых в совершении преступлений, в их пользу.
Важно! Это правило распространяется и на трактовку допустимости собранной доказательной базы – преимущество в этом вопросе должно быть на стороне защиты.
Например, если процессуальные отклонения в сборе улик привели к получению сведений, оправдывающих подозреваемого, такие материалы должны признаваться в соответствии с поданными ходатайствами адвокатов допустимыми для рассмотрения в суде. Основанием этому служит возникновение в таких случаях весомого сомнения в вине обвиняемого лица. В целом последствия ошибок, допущенных следствием при сборе доказательных материалов, не могут возлагаться на подозреваемого. Однако при этом суд должен объективно оценивать достоверность предоставленной следственными органами информации, все нарушения законности процедуры сбора, получения, проверок таких сведений.
Требования к процедуре определения допустимости доказательства
Существует мнение, что буквально каждое нарушение процессуальных норм, любое отступление от предписанного законодательством действия по сбору улик, проверке полученной информации ведет впоследствии к признанию предъявленных суду сведений недопустимыми. В реальности это происходит при системном несоблюдении УПК, а не его отдельных положений.
Признание недопустимости собранных доказательств возможно в ситуациях, когда отступление от требований закона привело к нарушению базовых принципов независимости суда и равенства сторон в состязательном судебном процессе.
Важно! Если же законом предусматривается способ нейтрализации последствий таких нарушений и эти средства были использованы, доказана целесообразность их применения, то собранная доказательная база будет признана допустимой к рассмотрению.
Запрещенные источники
Одним из источников информации, собираемой в ходе расследования, являются данные, полученные от опрашиваемых граждан. Объяснения предоставляются лицами, которые пострадали или стали свидетелями преступного акта, а также подозреваемыми в совершении злодеяний. Однако существуют определенные ограничения, при несоблюдении которых источник информирования не может считаться допустимым.
Запрещено допрашивать страдающих психическими расстройствами или больных, которые в силу физиологического состояния организма не в состоянии давать внятные, осознанные и правдивые ответы. Запрет действует и в том случае, если информация озвучена несовершеннолетним на допросе без участия родителя или опекуна. Не рассматриваются анонимные сообщения или показания гражданина, который не сообщает источник своей осведомленности. Кроме этого не будут приниматься объяснения от лица, которого не предупредили относительно его законных прав, например, относительно возможности не свидетельствовать против себя и своих родственников.
Важно! Экспертное заключение допустимо, если документ составлен компетентным специалистом с подтвержденной квалификацией, не заинтересованном в результатах расследования. При этом подготовленные выводы не должны содержать личного мнения или предположений.
Как видно из ст. 75, допустимостью следует признавать соответствие доказательств требованиям, установленным в УПК. В частности, речь о надлежащей процессуальной форме. Отступление от нее может привести к лишению сведений и материалов, собранных в ходе производства, юридической силы и невозможности их последующего применения стороной обвинения.
Часть первая 75 статьи указывает, что в качестве основания признания доказательств недопустимыми в уголовном процессе выступает их несоответствие УПК. Между тем, в Конституции предусмотрено дополнительное обстоятельство. В частности, в ст. 50 (ч. 2) указывается, что материалы и сведения, полученные с нарушением федерального законодательства, также рассматриваются как недопустимые доказательства.
Устранимые и опровержимые нарушения
В качестве них выступают действия, результаты которых можно исправить. Если же будет установлено, что несоблюдение процедуры привело к действительному нарушению принципа состязательности, полученные в ходе нее сведения и материалы необходимо считать юридически ничтожными.
Соответственно, совершенные действия являются неустранимыми. К ним, например, можно отнести получение показаний от свидетеля с применением к нему насильственных действий, пыток, при жестоком обращении с ним, унижающим его достоинство и честь.
Такие действия не отвечают требованиям справедливости, равенства сторон. При этом не все нарушения, в том числе и неустранимые, допущенные при производстве, считаются существенными при получении доказательств.
Например, присутствие лиц, не достигших 16 лет, на слушании по делу рассматривается как несоблюдение требований законодательства. При этом данное нарушение не имеет значения для процедуры получения необходимых для производства сведений.
В настоящее время выпускается достаточно много изданий, в которых рассматриваются недопустимые доказательства в уголовном процессе (учебник под ред. Калиновского и Смирнова, например). Как правило, в них содержатся специальные разделы, посвященные проблеме сбора и приобщения сведений и материалов к делу.
Кроме этого, авторы приводят достаточно объемные перечни возможных нарушений требований законодательства. Обычно эти списки остаются открытыми. Как выше уже указывалось, для признания доказательства недопустимым заинтересованное лицо должно составить ходатайство. В нем указывается просьба изъять документ или иной носитель информации из материалов дела.
Следует при этом иметь в виду, что субъект, направляя такое ходатайство, вступает в борьбу со стороной обвинения. Бремя доказывания правомерности представленных сведений возлагается на служащего, их собиравшего. Вместе с тем позиция возражающего субъекта должна быть также обоснована.
В таких ситуациях зачастую не обойтись без помощи квалифицированного юриста. Он будет выступать в качестве своего рода гаранта соблюдения процедурных правил, ведь по закону, он входит в число субъектов, правомочных собирать и предоставлять доказательства по делу.
Победителем в конечном итоге выйдет тот, кто сумеет обосновать правомерность своих действий, ссылаясь на конкретные положения нормативных актов.
Критерии признания исследуемых доказательств недопустимыми в уголовном процессе
Чтобы признать показание неправомочным, нужны факты, подтверждающие это. Такими доказательствами являются документы, регистрирующие начало проведения оперативных действий до возбуждения уголовного дела.
Улика признается ничтожной, если:
- она получена субъектом, неправомочнымзаниматься сбором фактов и нарушившим законы о подсудности и подследственности. То есть, действия субъекта не подкреплены и разрешены документально. Разрешение на проведение оперативных действий предоставляет следователь и/ или прокурор;
- она добыта из источника, который не называется или не указан в УПК;
- для получения данных оперативная деятельность проведена с нарушением законодательных норм;
- для сборафактовне проведены следственные действия.
Если проведена экспертиза предмета одежды предполагаемого виновника происшествия, хотя разрешающих документовна это нет, то ее результаты признаются ничтожными. Законодатель четко говорит об этом в федеральных законах.
Задача следователя на этапе сбора сведений и данных – следить за тем, чтобы все действия его и его команды проводились, не нарушая законодательство. В противном случае все, что будет получено, не примет суд.
Что это такое в уголовном процессе
Они являются материалами, полученными незаконными методами или из непроверенных источников. Перед тем, как передать какие-либо доказательства судье, прокурор, следователь или другой обвинитель обязаны убедиться, что видеоролики, показания свидетелей или иные материалы получены законно, что подтверждается соответствующими документами.
Внимание! Доказательства – это документы, предметы или сведения, позволяющие установить, совершено ли конкретное преступное деяние подозреваемым.
На эти предметы ссылается прокурор или иной обвинитель на судебном процессе. Они считаются важными элементами, поскольку позволяют раскрыть преступления и привлечь преступника к ответственности. Поэтому к ним нужно относиться ответственно и серьезно, так как поддельные, сфабрикованные или недостоверные сведения становятся основанием для снятия обвинения.
Уголовное право, гражданское право
В теории и практике доказывания постоянно обсуждается вопрос о том, все ли нарушения закона, допущенные при проведении следственного действия, влекут одинаковые последствия в виде признания доказательств недопустимыми. УПК не уточняет, что значит «доказательства, полученные с нарушением закона». В теории доказательств была сформулирована и многими воспринята концепция, которую можно обозначить как концепцию неравнозначности процессуальных нарушений. Это означает, что доказательства могут быть признаны недопустимыми лишь в случае значительных, существенных нарушений закона. Относительно других нарушений предлагалось учитывать возможность устранения нарушения или нейтрализации его последствий [1].
УПК, однако, не делит нарушения уголовно-процессуальных норм на существенные и несущественные, не делает никаких исключений и оговорок: доказательства, полученные с нарушением требований закона, не имеют юридической силы (ч. 1 ст. 75). Однако было бы ошибкой сказать, что любое нарушение процессуальных правил при проведении следственных действий автоматически ведет или должно вести к исключению доказательства.
Например, применительно к процедуре обыска (ч. 7 ст. 182 УПК) закон говорит о том, что следователь принимает меры (обратим внимание: не обязан принять, а принимает) к тому, чтобы не были оглашены выявленные в ходе обыска обстоятельства частной жизни лица, личная и семейная тайна. В ч.15 данной статьи указывается, что копия протокола вручается лицу, в помещении которого произведен обыск.
Может ли невыполнение следователем названных действий привести к недопустимости (ничтожности) протокола обыска и обнаруженных в ходе обыска предметов и документов? С абсолютной уверенностью можно предположить, что ни один суд такого решения никогда не примет.
В то же время, если следователь нарушит требование ст. 170 УПК об обязательном участии в обыске понятых, можно почти [2] не сомневаться, что полученные доказательства судом будут признаны не имеющими юридической силы.
Ответ на вопрос о последствиях нарушения требований закона при проведении следственных действий, на наш взгляд, следует искать как в характере, так и в степени категоричности нарушенных правил.
Процессуальная регламентация следственного действия включает множество предписаний, в том числе и не связанных прямо с процедурой обнаружения и извлечения сведений о подлежащих доказыванию обстоятельствах из их источника.
Так, если правила об участии понятых призваны гарантировать уверенность правоприменителя в том, что именно эти сведения действительно были получены при указанных в протоколе обстоятельствах, то правила об охране личной и семейной тайны, о вручении копии протокола обыска прямой связи с поиском, извлечением и закреплением информации не имеют.